От кота до Мессира…

15 января 2016 г. в 11:30

Автор: Алексей Васильев(все материалы автора)
Дороги и роли Юрия Шрадера

В детстве Юра мечтал стать пограничной овчаркой. Когда немного подрос, понял, что быть собакой не совсем профессия, а вот археологом – другое дело! Но выросшему в Крыму мальчику казалось, что работа должна быть обязательно связана с морем... Морская археология? Вот это как раз для него!

На крымской сцене

Но стал Юра, с донской казачьей фамилией Лошадкин, актёром. Сегодня за его плечами около 60 ролей в Крымском драмтеатре им. Горького и более 80 ролей в кино. Так что, хотя пограничной овчаркой Юрий так и не поработал, котом, Котом Бегемотом, на сцене быть довелось.

Как и мечталось, живёт Юрий Лошадкин у моря. Правда, не у теплого Чёрного, а у сурового Северного. Поэтому разговариваем мы с ним не за бокалом крымского вина, сидя за столиком в винном подвале, а по скайпу. Ведь теперь дом Юрия Ивановича за две с половиной тысячи километров от родного Симферополя, в Гамбурге. Сегодня он один из весьма востребованных русских актёров немецкого кино.

– Моя жизнь складывалась обычно, – вспоминает Юрий. – Учился в симферопольской школе № 12, посещал театральную студию "Факел" при Дворце пионеров. В тринадцать лет начал играть первые роли. И меня это затянуло. Потом окончил Саратовское театральное училище им. Слонова. Вернулся в родной Симферополь. С 1980 года одиннадцать лет проработал в Крымском драматическом театре им. Горького. Возможно, есть ещё крымские театралы, помнящие мои роли. Среди них Марат ("Мой Бедный Марат"), Олег Кошевой ("Молодая гвардия"), Игорь ("Новоселье в старом доме"), Гильденстерн ("Гамлет"), Алексей Достигаев ("Егор Булычов"), Николай Турбин ("Дни Турбиных"), Элио ("Бабочка, бабочка").

Другой театр

Несмотря на расстояние, актёр до сих пор внимательно следит за тем, что происходит в театральной жизни Крыма, перечисляет всех актеров по именам-фамилиям и искренне клянется в любви театру им. Горького.

– Иногда из Симферополя присылают русские книги, это особый подарок для меня, – признаётся собеседник. – Вот недавно передали книгу о Павле I. Прочел её с удовольствием, тем более что я был первым актером, исполнившим роль этого императора на крымской сцене в спектакле "Фаворит", поставленном по книге Валентина Пикуля.

Юрий Иванович рассказывает, что в Германии в театр ходит редко:

– Я хочу видеть на сцене актёров, умеющих донести зрителю главную мысль произведения... Здесь такое – редкость. Вот недавно пошёл смотреть "Короля Лира" (приятельница пригласила, она играла в спектакле одну из дочерей короля). Представьте: на сцену выходит 80-летний Лир, одетый в… длинную шинель эсэсовского офицера, в погонах! Только он начал монолог, как сбросил шинель и оказался... абсолютно голым! Разумеется, пропал и текст Шекспира, и его философия, и очарование спектакля. А ведь такие случаи не единичны!

– Но никто лучше немцев не ставит Бертольда Брехта, – продолжает рассказчик. – Немцы делают это красиво, но плакатно. Им не свойственны глубокие чувства. Они любят нашу классику – Достоевского, Горького, Чехова, но и её показывают по-своему. Я понимаю, нужны новые сценические формы, но не надо же искать их в том, что уже найдено. Я никогда не приму немецкие эксперименты, когда, к примеру, чеховские три сестры показаны лесбиянками, а Костя Треплев из "Чайки" вдохновенно мастурбирует на сцене!

С первого взгляда

В начале девяностых в жизни Юрия Лошадкина произошли фантастические перемены.

– Я верю в судьбу, в её необъяснимую силу, – заверяет актёр. – Однажды театр им. Горького со спектаклем "Кот домашний средней пушистости" отправился на гастроли из Симферополя в Германию. Я даже не был в нём задействован, но наш главреж Анатолий Новиков почему-то решил, что я должен поехать с ними. Почему? До сих пор для меня загадка... На вокзале в городе-побратиме Хайдельберге нас встречала группа немцев, говорящих по-русски. Среди них была молодая и красивая Ингрид...

Лошадкин влюбился... Через неделю после возвращения в Крым он получил телеграмму от Ингрид: девушка прилетала в Симферополь на Новый год. Под бой курантов и сделал Юрий предложение:

– Она согласилась, и я поехал в Германию, не имея ни малейшего представления о своем будущем, со знанием языка на уровне "хенде хох!"... Там же мы и расписались. На сегодняшний день у меня двое детей – Елена и Максим. Они немного говорят по-русски. И ещё на трёх языках.

Вместо своей трудновыговариваемой для немцев фамилии Лошадкин взял фамилию жены – Шрадер. Вскоре Юрий Шрадер ненадолго вернулся в Симферополь, чтобы защитить диплом филолога в ТНУ. И снова – "домой", в Германию. Затем – полтора года изучения языка в интернациональном лагере:

– Мне казалось, что я должен распроститься с работой актёра, но жена разослала моё резюме по всем агентствам, и уже через годы я получил первое предложение на съёмку. Было непросто, ведь актер театра и кино – разные профессии, а до этого я нигде не снимался. К тому же знание языка ещё было на начальном уровне. Выучивая первые роли, я должен был записывать немецкие слова русскими буквами... В семи фильмах пришлось играть "отца русской мафии": "Охота за женщиной", "Наполеон Фриц", "Вызов полиции – 110!", "Морские полицейские"
и т.д.

За кадром

Снимался Шрадер и во французском кино ("Мечты, мечты", "Обручальное кольцо"), но наибольшее удовольствие доставило ему работа с русскими режиссерами:

- В Санкт-Петербурге, в начале "нулевых",  я работал  вторым художником-постановщиком в картине Сергея Бодрова (старшего) "Медвежий поцелуй", -  вспоминает Шрадер. – Работа была интересная, очень много дала мне для творческого развития. Но вспомнить я хочу эпизод, собственно, к кино отношения не имеющий. Мы прилетели в Санкт-Петербург 9 мая с группой немецких актеров. Немцы тут-же захотели пойти к Зимнему дворцу. Я задумался... Немцы... День Победы... Ленинград... На всякий случай, чтобы не было неприятностей, попросил их громко не разговаривать. Но немцы же голосистые... Минут через пять нас окружила группа крепких подвыпивших молодых питерцев... Ну, думаю, приплыли... А они достали бутылку водки, начали нас угощать, обниматься. А потом еще долго поили за свой счёт в каком-то кабаке.

- Многие немцы считают огромной глупостью со стороны Германии, нынешнее охлаждения отношений с Россией. Да, были войны между нашими странами, но  остаются другие, крепкие, давние исторические связи. Их невозможно разорвать!  Мой немецкий друг 89-летний Томас Марквард мальчишкой ушел на фронт. Попал в плен, просидел в лагере  четыре года, выучил русский язык и даже обрел профессию – оказалось, он отличный рисовальщик. Томас рассказывал мне, когда он сидел, то с соседнего колхоза вдовы тайком приносили пленным вареные яйца. Не было ненависти, не было злобы... Было простое человеческое отношение русских женщин. 

Сегодня этот замечательный старик старается докричаться до немецких политиканов, пытается объяснить, что только в союзе с Россией, Германия станет как и прежде – крупнейшей независимой европейской державой.

Встреча с Гитлером

Среди наиболее запоминающихся фильмов, где Юрий Шрадер был задействован, есть картина Оливера Хиршбигеля "Бункер" (в немецком прокате "Закат") – лента о последних днях Гитлера с гениальным Бруно Ганцем в главной роли.

– В "Бункере" я был вторым художником-постановщиком и играл небольшую роль переводчика, – рассказывает Юрий Иванович, – и у меня была возможность наблюдать за съёмочным процессом. Поразило, к примеру, что сцену отравления своих детей Магдой Геббельс сняли одним дублем, одним куском. После этого эпизода актриса Коринна Харфаух, игравшая Магду, потеряла сознание, и её увезли в больницу, где Коринна пролежала три дня... Сам бункер выстроили в Мюнхене на студии "Бавария", а вот берлинские улицы сорок пятого в Германии не нашли – их, как известно, снимали в Санкт-Петербурге, в основном на улице Шкапина.

– Мне было не по себе, что Германию будут снимать в Петербурге, в Ленинграде, – продолжает Шрадер. – И мистические случаи действительно преследовали нас во время всей съёмки. Так, через неделю после начала работы с декорации упал рабочий и поломал ноги, потом разбилась машина с декорациями. А на руины старого дома, где мы снимали госпиталь, залезли любопытные дети, и одна девочка разбилась насмерть, упав с третьего этажа...

– В Германии фильм встретили холодно. Быть может, потому что Бруно Ганц сумел так сыграть Гитлера, что его становится немного... жалко. Но для немцев Гитлер – это абсолютное зло, ничего человеческого не должно быть в его образе... А вот фильм Александра Сокурова о дне, проведенном Гитлером в своём загородном доме в Альпах, немецкая творческая элита восприняла гораздо лучше. Хотя недавний сокуровский "Фауст" (мне посчастливилось быть ассистентом режиссёра на этом проекте) в Германии прошёл один раз. И всё...

Русское кино

Мы не случайно в первом в этом году номере "Нового Крыма" особое место отвели киноискусству: 2016-й объявлен Годом российского кино. И Шрадер вспоминает время, проведённое в работе с русскими кинематографистами, как лучшее время в своей кинокарьере:

– В сериале Владимира Хотиненко "Гибель империи" я сыграл роль генерала Толлера. Вначале на неё был приглашен великий австрийский актёр Клаус Мария Брандауэр ("Мефистофель" – знаменитый фильм с его участием), но он отказался: не мог играть на русском языке. Волей случая эта роль досталась мне. Вначале думали, что я немец, пытались обучить русскому произношению, но, когда я доказал режиссеру, что могу и материться по-русски, недоразумение было исчерпано... Меня поразила дотошность Хотиненко. Это касалось всего, особенно работы актёра над ролью – мы репетировали и днём, и после съёмок, уже в номере, до полуночи обсуждали мельчайшие детали предстоящего рабочего дня.

Юрий Шрадер сожалеет, что его герой не был полностью раскрыт в картине, бюджет фильма урезали: вместо двенадцати серий вышло десять. А ведь по сценарию зритель должен был увидеть ещё и трагическую гибель генерала.

Крымский Голливуд

По словам Юрия Ивановича, актёрское образование в Германии гораздо слабее, чем в России. Большинство заведений, выпускающих актеров, частные, что сказывается на уровне актёрского мастерства:

– Да, немцы техничны, но с психологизмом у них проблемы. К тому же многие фильмы, поставленные на поток, убивают искусство. В Германии кино снимают просто: ты приходишь на съёмочную площадку, даже не зная режиссёра, подходит ассистент и говорит, что вот через эту дверь ты входишь, а эта актриса – твоя жена, её целуешь и говоришь такую-то фразу... Если бы вы знали, как я страдаю без русского кино...

Юрий Шрадер убеждён, что в Крыму на базе Ялтинской киностудии нужно строить свой русский Голливуд и не лишним будет учредить при нём актёрскую академию.

Кто знает, может, тогда Юрий Шрадер-Лошадкин и вернётся в Крым?

– Вряд ли, – отвечает Юрий Иванович словами Воланда, – зачем гнаться по следам того, что уже окончено?

Мессира на ночь глядя помянули не случайно:

– Талантливый немецкий режиссёр Себастиан, с игривой для русского уха фамилией Йобст, будет снимать в Германии "Мастера и Маргариту", – поделился планами Юрий. – Я приглашён на роль Воланда. Такой вот творческий рост от Кота Бегемота в театре им. Горького до одного из главных булгаковских персонажей. Для меня это не только большая честь и ответственность, но и подарок на шестидесятилетие. Юбилей надеюсь отметить в сентябре.

Просмотров: 743





Новости по теме

После приезда на место строительства Керченского моста президента России Владимира Путина, довольно...

Читайте также