Свершится ли спасительное чудо? (ФОТО)

Свершится ли спасительное чудо? (ФОТО)

8 декабря 2016 г. в 13:20

Автор: Алексей Васильев(все материалы автора)
В эти минуты в Симферополе замерзает бездомный инвалид

 

 

7 декабря 2016г. Симферополь. Новый Крым.

Тяжело опираясь на костыль, движется по симферопольской улице старик. Это – Владимир Павлович Семенцов. Свободной рукой Владимир Павлович катит коляску. Дедушка на прогулке с внуком? Умиление исчезнет, если подойти ближе. В коляске нет ребёнка. Там бумага. Её примут в пункте макулатуры по два рубля за кило. За эти деньги будет куплен хлеб и дешевые сигареты. Медленно покатит Павлович пустую коляску обратно. Быстро идти не может: на ногах уже нет пальцев, отморозил. Владимир Павлович – бомж. Он обитает рядом с площадкой для мусорных контейнеров. Ищите его недалеко от них и в десяти метрах от бодрой афиши "Современные дома из сибирской сосны и кедра". Семенцов почти всегда "дома".

Бывший

У Владимира Павловича тоже дом из дерева. Пусть не сосна или кедр, но дизайнерское сочетание ореха и вишни. Правда, не из срединной части ствола, а из веток. Это шалаш. Земля возле шалаша покрыта лоскутным одеялом из разнообразного мусора – в основном бумаги и пакетов. Но представлен и предметный ряд из пришедших в негодность бытовых приспособлений. Есть даже фрагмент пластмассового скелета, бывшего учебного пособия. Рядом валяются разбитые настенные часы с фотографией тигра. И у самого Владимира Павловича на левой руке тоже есть часы. Старые, выцветшие, пластмассовые, уже еле ходящие, как и их владелец. Часы нужны для статуса. Как-никак Владимир Семенцов не просто бездомный калека. Он известный зоотехник, со специальным образованием. Правда, всё это в прошлом. Как в прошлом и его дом в Киевской области, жена, сын. Да и работа зоотехника уже история. Когда в начале двухтысячных хозяйство, где работал Владимир Павлович, развалилось, он приехал на заработки в Крым. Шабашил на стройке. Снимал квартиру. Потом оказался без паспорта, без денег. И без квартиры. Домой нищим вернуться не решился. До лучших времен остался в Крыму. В Крыму тепло. Но только летом. А если зимой спать, укрывшись газетой, в лесу у водохранки… В прошлом январе и обморозил Семенцов промокшие ноги. Кое-как перешел ялтинскую трассу и поднялся наверх. К людям.

 

Последняя надежда

С каждым днём  всё реже и реже покидает Семенцов непрочные своды своего жилища: ноги совсем отказывают. От голода спасает добрая женщина Ольга. Она живет в доме, в квартале отсюда. Она же и пришла в редакцию "Нового Крыма", чтобы рассказать эту историю, а на следующий день привела меня к месту обитания несчастного.

Ольга вовсе не из тех людей, что обивают пороги редакций в поисках иллюзорной правды. Она сама чиновник. С деловой хваткой начала она звонить по инстанциям, чтобы спасти бездомного инвалида.

– Звонила в приемную симферопольского горисполкома, меня направили в администрацию Бахарева, – загибает пальцы Ольга, – оттуда меня перенаправили в отдел труда и социальной защиты, а в отделе дали телефон ….канцелярии. В канцелярии сказали, что такие вопросы они не решают. Потом еще пыталась дозвониться на различные горячие линии. Безрезультатно. В Центре учета беспризорных граждан телефон не отвечает. Обращалась к общественникам – те разводят руками. И тогда я решила прийти к вам, в газету.

Элитный район

Уже на следующее утро я разговаривал с Владимиром Павловичем, и выслушивал его горькую историю, которую вкратце вам изложил выше. Марьино, микрорайон, где свил себе шалаш бедолага, не самый последний в городе. Говорят, в Марьино хотят построить небывалый по размаху крымский парк "Патриот". Отличная идея! Воспитание патриотизма, уважение к старшим, помощь убогим – важнейшие из задач! Только территорию надо очистить от мусора и бомжей всяких. Для порядка и гигиены.

Райончик и правда неплох. С мусорного подворья Семенцова виден даже дом одного о-очень важного и известного в Крыму вельможи. Владимир Павлович гордится таким соседством. А вот знает ли сосед-миллионер о существовании бедняги? В одной из порванных книг, которые Павлович меняет на хлеб, бомж прочел строки из Некрасова:

Что тебе эта скорбь вопиющая,

Что тебе этот бедный народ?

Вечным праздником быстро бегущая

Жизнь очнуться тебе не дает.

Жизнь как сон, как карусель, как стремительный праздник. Нет, это не про нашего героя. Его день тянется год, его ночь – вечность. На краю вечности один вопрос: живой?

– Я сильно ослаб, – признался мне Павлович. – Эту зиму на морозе точно не переживу.

 

Соседи

Владимир Павлович вздохнул и рассказал про соседа – его шалаш в нескольких шагах. Уже пустой…

– Там жил татарин, – вспоминает Семенцов, – хороший был парень, звали Эмин. Кличка Бес. Нет, он вовсе не злой был, это от фамилии его сокращенно: Бесламов, что ли? Раньше Эмин жил неплохо, семья была, трудился на кирпичном заводе, а потом работы не стало, и он, как и я, оказался на улице. Делился едой со мной. И животные его очень любили – ночью он спал с собаками и кошками, говорил, что так теплее. Но всё равно заболел. Стал задыхаться. Скорая приезжала раза три – но куда такого грязного, без паспорта, как и я, увезти? И только когда совсем стало худо – забрали. В больнице еще три дня протянул.

Пока мы беседовали, приблизился еще один бомж – Дмитрий:

– Журналист? Помоги Костылю! Напиши всё, как есть. Мне тоже хреново, но я моложе и здоровее, а вот он, почти без ног, подохнуть может!

На свою жизнь Дмитрий даже не жалуется. Его апартаментам любой позавидовал бы: камера теплотрассы – почти полулюкс! Он бы и Семенцова-Костыля к себе поселил – но инвалид вряд ли спустится в камеру, тем более – поднимется на поверхность. Да и регулярные рейды милиции мешают здоровому сну Дмитрия: приходится быстро освобождать помещение, а инвалиду такая оперативность не под силу. Живущего на свежем воздухе Владимира Павловича стражи порядка не трогают. Помочь, правда, тоже не могут.

Поставьте киске "лайк"

Во время нашего разговора пришел на площадку высыпать мусор в контейнер житель одного из близстоящих домов, Роман Максимович. Я спросил у него, что он думает по поводу судьбы бездомного инвалида. Роман Максимович долго не мог найти нужных слов:

– Бездомных кошек, собак жалко, а людей и подавно! Живьём-то в землю не зароешь. Ударят морозы, что тогда? Для собак есть приют в Симферополе, а для людей нет. Кто же мы после этого будем, а?

Если читатель дружит с Интернетом, пусть проведет любопытный опыт: нужно набрать в Google два слова: "Симферополь приют". Результат ошарашит: в первых девятнадцати поисковых ответах речь пойдёт о приютах для собак и кошек, и только на двадцатом месте – приют для несовершеннолетних. Потом снова собаки-кошки. Я понимаю кошатников и не осуждаю их. Кошки чище, приятней, мурлычат, ловят мышей и пахнут лучше, чем бездомные люди. А случись горе – подохла кошечка: в мусорку, и все дела! С людьми сложнее. Кому с ними связываться охота?

Дом для бомжей

Девять лет назад, если не подводит память, я писал о т. н. Доме ночного пребывания, открытого в Симферополе на месте вытрезвителя. Задумка была неплохая. Но уже тогда попасть в ночлежку было не так уж просто. Затем там что-то не заладилось, бомжей попросили на улицу, а в опустевших комнатах открылось социальное общежитие для детей-сирот. Как там сейчас обстоят дела – неизвестно, но на сегодняшний день Центр учета и социальной защиты бездомных граждан существует лишь на бумаге.
Промелькнула новость, что в Симферополе городскому отделу социальной защиты выделили землю под строительство приюта для бездомных людей. Даже деньги обещали на строительство перечислить. Благое дело! Но пока перережут красную ленточку, сколько бездомных отправится на тот свет с помоек, теплотрасс и подвалов? О необходимости ночлежки в Симферополе и я писал неоднократно, и мои коллеги в других изданиях. Кстати, при "проклятом царизме" ночлежки (и не одна) были практически в каждом городе, а первое такое заведение в Таврической губернии открылось в Симферополе в 1885году! Что мешало современным симферопольским властям построить ночлежку в девяностые, нулевые годы? Киев запрещал?
Что мешает сегодня передать для Дома ночного пребывания один из десятков незаконно построенных в последнее время симферопольских домов? Зимние палатки, пункты временного обогрева, организованные МЧС, облегчают ситуацию, но не решают её в корне. А в больнице больного бомжа продержат всего десять дней, если только он туда каким-то чудом попадёт.
 Что же касается горадминистрации, то она не торопится расстаться со своей недвижимой прелестью. Зато благословляет религиозные общины взвалить на себя заботу о бесхозных ближних. Верующие готовы помочь, православные врачи наверняка окажут бескорыстные услуги. Но опять же, содержать бесхозных странников надо в каких-то помещениях. Круг замкнулся. А хотелось, чтобы эта почти святочная история закончилась чудом. Чудом спасения хотя бы одной человеческой души и покалеченного тела.

 


Наши и не наши
В прошлую субботу в Крыму  торжественно отмечали Международный день инвалидов. В тот день симферопольские чиновники посетили инвалидов в домах престарелых и специализированных организациях, но вряд ли они побывали в гостях у таких, как Владимир Павлович. Накануне "праздника" инвалидов в Симферополе состоялась пресс-конференция, где выступала министр труда и социальной защиты Республики Крым Елена Романовская, другие "профильные" чиновники. Говорили о повышении качества жизни граждан с инвалидностью, о проблемах трудовой занятости людей с ограниченными возможностями, о мерах их социальной поддержки, о доступной среде для инвалидов. Честь и хвала труженикам министерства за их заботу! Вот только меня зацепила фраза в разговоре, прозвучавшая несколько раз, – "наши инвалиды". Сразу же вспомнил "не нашего" Владимира Павловича, замерзающего в эти минуты под равнодушным небом Симферополя…


Однажды мудрого правителя спросили, почему он неохотно помогает поэтам и художникам, но тратит значительные средства на нищих и убогих? Правитель ответил, что поэтом и художником ему никогда не стать, а вот от нищеты и болезни он не зарекается. Ключевое слово в этой короткой притче – "мудрый". 

 

Газета "Новый Крым" № 45 (117) от 8 декабря 2016г. 

Просмотров: 651





Новости по теме

Читайте также