Херсонес и его святыни в первые послереволюционные годы

16 января 2015 г. в 13:50

Автор: Сергей Филимонов, заведующий кафедрой истории России КФУ им. В.И. Вернадского(все материалы автора)
В год 1000-летия со времени кончины святого равноапостольного князя Владимира (ок. 947–1015 гг.) полезно вспомнить об истории мест, связанных с пребыванием в них крестителя Руси. В Крыму таким местом является Херсонес, где в 988 году князь Владимир крестился

"Произошло историческое воссоединение Крыма и Севастополя с Россией. Для нашей страны, для нашего народа это событие имеет особое значение. Потому что в Крыму живут наши люди, и сама территория стратегически важна, и потому что именно здесь находится духовный исток формирования многоликой, но монолитной русской нации и централизованного Российского государства. Ведь именно здесь, в Крыму, в древнем Херсонесе, или, как называли его русские летописцы, Корсуни, принял крещение князь Владимир, а затем и крестил всю Русь. И именно на этой духовной почве наши предки впервые и навсегда осознали себя единым народом. И это дает нам все основания сказать, что для России Крым, древняя Корсунь, Херсонес, Севастополь имеют огромное цивилизационное и сакральное значение.

Так же, как Храмовая гора в Иерусалиме для тех, кто исповедует ислам или иудаизм.
Именно так мы и будем к этому относиться отныне и навсегда".

Владимир Путин, президент Российской Федерации,
из послания Федеральному Собранию РФ

 

В истории Херсонеса (под этим термином автор подразумевает руины древнего городища, музей и монастырь) есть период, остающийся изученным недостаточно полно – первые послереволюционные годы. В этой связи предлагаю читателям ознакомиться с некоторыми источниками, которые дополняют бытующие представления об истории Херсонеса в указанный период.

О том, что представляли собой музей и памятники Херсонеса в первые послереволюционные годы, свидетельствует статья известного искусствоведа Якова Александровича Тугендхольда (1882–1928) "Охрана старины", напечатанная в симферопольской газете "Красный Крым" 16 августа 1922 года. Статья эта не значится в опубликованном списке печатных трудов Тугендхольда и потому до недавнего времени оставалась малоизвестной. Между тем она представляет значительный интерес, т.к. написана человеком, в первые послереволюционные годы руководившим в Крыму музейным делом и охраной памятников.

Вот, что пишет о музее и памятниках Херсонеса Тугендхольд: "Один из наиболее вопиющих примеров нашего небрежения – это картина нынешнего состояния Херсонеса – музея и развалин у Карантинной бухты, вблизи Севастополя. Этот замечательный "мертвый город", ведущий свое начало с шестого века до Р.Х. и обогативший своими раскопками (с 1888 по 1914 год) Эрмитаж, московский Исторический музей, музей в Одессе и др., переживает за последний голодный год (напомню, что голод в Крыму 1921–1922 годов доводил людей до каннибализма. – С.Ф.) катастрофический период.

Это не значит, что он заброшен теми, кто призван его охранять – нет, они самоотверженно несут свой долг, и даже заведующим севастопольским ОХРИСом археологом Моисеевым на жалкие сбережения возобновлены раскопки, уже давшие плоды. Но… один за другим умирают от истощения сторожа, разбросанные на своих постах среди этого пустынного каменистого полуострова, а следовательно, некому следить за тем, чтобы квартируемые в Херсонесе воинские части не пробовали силы своих мускулов на выкапывании из земли тяжелых мраморных плит и метании их в море (да и откуда им знать, что эти плиты – священны!) или за тем, чтобы прохожие не срывали на топливо досок с древних византийских часовен, обнажая их замечательную мозаику на волю дождей.

Чтобы спасти Херсонес, надо обнести  его древнее городище со всеми его развалинами (не больше 1 кв. версты) железной решеткой или проволокой (а то и другое можно достать), надо усилить штат сторожей и, прежде всего, усилить питание этих скромных героев службы. Надо перенести Херсонесский музей в другое помещение из того сарая, который он занимает сейчас.

Охрана Херсонеса – не только дань прошлому, но и долг наш перед будущим (курсив в источнике. – С.Ф.). Ибо Херсонес как археологическая сокровищница еще весь в будущем – будущие раскопки откроют в его недрах такие богатства, которые прославят Крым культурно и, если хотите, обогатят его коммерчески. Раскопки Херсонеса, в сущности, только начались; дальнейшая работа должна вскрыть из-под земли целый Акрополис (в существовании которого нет сомнений), а в нем – и неожиданные сокровища искусства. И тогда Херсонес станет притягательной силой Крыма, местом мирового паломничества; впрочем, уже и теперь в этот чудесный уголок могли бы быть налажены экскурсии. Этот чудесный уголок древнего мира, этот осколок многовековой старины, этот богатый клад искусства должен быть охраняем не менее бережно, чем Кремль!"

Таким видел древний Херсонес в 1922 году прозорливый Тугендхольд.

Что касается Херсонесского Свято-Владимирского монастыря, основанного в 1850 году на месте крещения князя Владимира, то его участь в атеистическом государстве была предрешена. Вопрос заключался лишь в том, когда и как этот монастырь был ликвидирован.

Ответ на поставленный вопрос содержит выявленный мною в архиве крымских спецслужб документ, составленный 1 января 1921 года, т.е. полтора месяца спустя после установления в Крыму власти большевиков. В этом документе, озаглавленном "Протокол № 12 заседания Чрезвычайной Тройки Крымской ударной группы Управления Особотделов Южюгзапфронтов при председателе В. Чернобривом и членов: тов. Кростынь и тов. Чистяков", зафиксировано следующее. В графе "Слушали" перечислены фамилии, имена, отчества, должности или род занятий 66 человек. 30 из них – врангелевские офицеры, одна, Туркевич Т.Е., – сестра милосердия Дроздовской дивизии, еще 5 женщин – жены офицеров, остальные 30 – монахи Херсонесского монастыря во главе с 73-летним архимандритом Зосимой (Иосифом Бондаревым).

В графе "Постановили" указан приговор. Против фамилий офицеров – "Расстрелять", против фамилии сестры милосердия – "В концлагерь на 10 лет", против фамилий жен офицеров и монахов – общая резолюция "Монахи и жены офицеров передаются в распоряжение [руководства] концлагеря на их усмотрение".

Концовка протокола: "Постановление о расстрелянных привести в исполнение в течение 24 часов, а осужденных в концлагерь немедленно направить таковых в Херсонесский концлагерь. Монахов и всех жильцов, укрывающихся в монастыре, передать в распоряжение заведующего отделом Управления тов. Салтыкова".

Напомню, что процитированный документ датирован 1 января 1921 года. Как видим, свой первый Новый год в Крыму большевистская власть ознаменовала весьма символично – расстрелами, заключением в концлагерь и упразднением одного из самых знаменитых монастырей  России.

С того времени Херсонесский монастырь как таковой уж более не существовал. Некоторое время действовали лишь монастырские храмы. Но и те в 1924 году были закрыты.

В Херсонесском монастыре пребывало немало православных реликвий, в том числе частица мощей святого князя Владимира, переданная монастырю по указанию императора Александра II в 1859 году. Что стало с нею?

Ответ на этот вопрос находим в документах, приведенных в книгах профессора Ю.А. Катунина "Монастыри Крыма в XIX–XX веках" (Симферополь, 2000) и протоиерея Николая Доненко "Наследники Царства" (Симферополь, 2000). Из них явствует, что 15 декабря 1924 года комиссия, созданная Севастопольским райисполкомом по распоряжению Центрального Административного Управления Крыма, произвела вскрытие мощей. Согласно акту вскрытия, мощи святого князя Владимира хранились в ковчеге, в форме Евангелия, в особом углублении, в замшевом мешочке длиной 4 вершка (т.е. около 18 см) и диаметром 1 вершок (около 4,5 см); мощи представляли собой кусок трубчатой кости светло-коричневого цвета, на одном из концов которой был обнаружен отпил позднего происхождения.

В другом ковчеге (ковчег представлял собою доску толщиной около вершка (около 4,5 см), шириной в две четверти (около 36 см) и длиной в три четверти (около 54 см), закрытой серебряной пластиной) находились мощи 94 святых с указанием их имен. Кроме того, в медальоне овальной формы, вмонтированном в икону святого Сергия Радонежского, мощей не оказалось, была лишь ткань, напоминающая парчу зеленого цвета.

Более года спустя, 1 февраля 1926 года, Севастопольский райгорисполком сообщал в Административный отдел Центрального Административного Управления Крыма, что "по описи собора бывшего Херсонесского монастыря числится мощей: 1) Палец Владимира, 2) Доска с разными частями (в количестве 94 частиц) и 3) Маленький металлический крест, в котором хранится частица неизвестного святого".

Еще через десять месяцев, 10 декабря 1926 года, под председательством председателя КрымЦИК Вели Ибраимова состоялось заседание Центральной Церковной (культовой) Комиссии при Президиуме КрымЦИК, на котором было заслушано "ходатайство верующих о передаче им вскрытых мощей из бывшего Херсонесского монастыря – ныне музей для посещения – в одну из церквей г. Севастополя". Постановили: "Ходатайство верующих отклонить".

Документов, проливающих свет на дальнейшую судьбу вышеперечисленных херсонесских святынь, обнаружить не удалось. Остается лишь верить, что обретение мощей рано или поздно состоится.

Просмотров: 413




Новости по теме

Читайте также