Такова уж банановая DOLE

фото автора

Есть две загадки Вселенной, не подвластные моему уму: почему Венера вращается не в ту сторону, в какую крутятся остальные планеты Солнечной системы и почему бананы в Крыму стоят дешевле местных яблок? Но что нам Венера? Пусть вертится, как хочет. Поговорим о бананах. Итак, почему они (относительно) дёшевы? Может, их сбор и транспортировка из-за океана в Крым проще, чем выращивание крымских яблок? Чтобы узнать ответ на этот вопрос и проследить путь заморского лакомства на нашу кухню, в Коста-Рику, одну из трёх стран – крупнейших экспортёров бананов, отправился социальный обозреватель "Нового Крыма".

Бананы, после кофе, вторая по значению экспортная культура в Коста-Рике. Жители этой страны не обижаются, когда их государство называют банановой республикой. Для многих костариканцев банан насущный – что для нас краюха хлеба: не просто еда. Из бананов (а их здесь немало сортов и видов), делают всё что угодно, разве что не борщ. Любят бананы и в наших краях – около восьми кило в год съедает среднестатистический россиянин среднестатистических бананов. Крошечные наклеечки на плодах от известных поставщиков – Del Monte, Dole, Chiquita, Don Carlos и др. знакомы многим и даже являются предметом коллекционирования.

Выращивание бананов и особенно их сбор – тяжёлый физический труд. Поэтому банановые деревья (язык не поворачивается назвать эту многометровую траву иначе), простите за штамп, "обильно политы потом сборщиков". Неутомимых тружеников мачете (ими срубают гроздья) называют романтично – бананерос, почти что кабальерос. Но схожесть между этими понятиями лишь по созвучию.

Банановое "дерево" приносит только один урожай в своей недолгой жизни. Чтобы сладострастные насекомые не пробовали запретный плод на спелость, ещё формирующиеся грозди бережно укутывают голубыми целлофановыми пакетами. Мы идём по банановому саду с Сергеем Крутько, русским доктором из Коста-Рики, известным нашим читателям и по публикациям в "НК". Сергей Николаевич четверть века прожил в этой стране и разбирается не только в медицине. Он рассказал, что плоды бананов снимают зелёными (каждая гроздь весит около тридцати килограммов), а дозревают они позже, уже по пути к потребителю. После среза ствол растения срубают: на его месте очень скоро вырастает новый. Круглогодичное производство!

Затем плоды отправляются на упаковочную станцию. Там связку разделяют на грозди и помещают в бассейн с проточной водой на полчаса, чтобы прекратилось выделение сока из свежих срезов. Не пройдёт и двух-трёх часов, как срезанный банан будет обработан, упакован и готов к отправке.

***

Перевозят урожай в порт мощные дизельные автомонстры с хромированными радиаторами – классика американского автопрома и Голливуда. Но рефрижераторов очень много. А дорога узка. И за проезжей частью надо следить. Именно в рабочий полдень дорожники начали неспешно латать дорогу. Знакомая ситуация, не правда ли? В итоге – многокилометровые часовые пробки. В одной из таких, в провинции Лимон, застряли и мы. Но мы-то подождём, а капризный банан не любит ожиданий! Оказавшиеся в пробке водители грузовиков вяло матерятся. Жарко. Пот капает с небритых лиц. Есть минута – можно покурить. А мы пока вспомним историю.

В начале двадцатого века костариканские бананы были политы не только потом, но и кровью. Американская "Юнайтед фрут компани" эксплуатировала Коста-Рику как большой огород. Фруктовые магнаты уже подсчитывали прибыль, как оказалось, что на пути их капиталов стоит чья-то собственность – земля издавна принадлежала местным индейцам, и превращать её в чужой банановый рай те почему-то не собирались. Янки решили этот вопрос просто: пригласили вождя одного из индейских племен брибри для переговоров и отравили его. Потом пригласили сына вождя, видимо, чтобы выразить соболезнования. И тоже отравили. Оставшееся без вождя племя оттеснили в горы. Примерно так же поступили и с другими племенами. И начали нещадно вырубать и выжигать леса, засаживая пустоши окультуренными бананами.

Шаманы индейских племен денно и нощно заклинали силы природы покарать завоевателей. Их слова были услышаны. Плантации поразил грибок, небывалые проливные дожди смыли мосты для транспортировки плодов, США охватил такой кризис 30-х годов, что сладкого сразу перехотелось. Американцы вернулись в Коста-Рику с банановым интересом только в начале шестидесятых, но аппетиты их заметно уменьшились.

Вместе с давним другом "Нового Крыма" Ольгой Скворцовой мы как-то побывали в гостях у индейцев племени брибри (это отдельная история), и от былой славы империи "Юнайтед фрут компани" обнаружили только небольшой тоннель, с выбитой на каменном замке датой – "1914" . Остальные реликвии варварского земледелия поглотили джунгли.

***

… Наконец-то дорожная пробка рассосалась – фуры помчались в порт Моин, работающий круглосуточно, без перерыва.

Мы тоже торопимся в этот порт. Там пришвартовалось судно Horncliff, на котором вторым механиком работает наш друг Андрей Гарифулин. После окончания Калининградской мореходки он уже почти сорок лет бороздит моря и океаны.

Поднимаемся по трапу. В каюте у "второго" работает кондиционер. Долгожданная прохлада, даже холод. Я радостно мёрзну. А на термометре в каюте +23°С. Всё относительно. Чуть позже спускаемся в машинное отделение – вот там-то температурка! "Плюс пятьдесят в прохладном месте", – говорит Андрей. Кажется, не шутит.

Времени нам корабельный друг уделил мало – на судне аврал: сломался поршень (размером почти в человеческий рост), надо срочно ремонтировать – увы, не до гостей. Тяжёлая и срочная работа в машинном отделении, когда температура поднимается до восьмидесяти градусов – не каждому по плечу. За таким процессом даже наблюдать жарко. Адская работа – это про них. Я даже не решился спросить, какую зарплату получают моряки: так пахать – никаких денег не захочешь! Я задал другой вопрос: к чему спешка? работай с прохладцей, загорай под небом тропиков, радуйся жизни! Какой там! Оказалось, что загрузка бананов в трюм должна проводиться в утренние часы, до наступления дневной жары, это способствует сохранению высокого качества плодов и сокращению потерь за время перевозок.

На "бананоботе", построенном в начале девяностых в Хорватии, размещается более сотни контейнеров. И ещё, вдвое больше, в трюме. Представьте двухподъездный двадцатиэтажный дом. А теперь положите его на бок и отправьте в плавание – получится Horncliff.

Наконец-то загрузка завершена, поршень заменён, и четырнадцать тысяч лошадиных сил уже раскручивают винт и влекут судно к далёким берегам. К слову, до Европы ему идти около полумесяца. И всё это время в трюме должна сохраняться постоянная температура 12–15°С. Вся тара, в которой отдыхают бананы, должна быть надёжно закреплена. Иначе качка – и встречай банановое пюре.

Напоследок я спросил: а едят ли бананы сами моряки? Ответом была кривая улыбка.

Добавим, что вовремя погрузить и отправить судно – это ещё не всё. При перевозке температуру в трюме необходимо систематически измерять три – четыре раза в сутки. По прибытии банановоза эксперты проводят первичный осмотр состояния груза в трюмах, включая экспертизу по карантину сельскохозяйственных растений.

И вот получено "добро" – товар доставлен в целости и сохранности. Но, как показали наблюдения, большие потери чаще всего образуются на последующих этапах продвижения заокеанского гостя до потребителя: при выгрузке плодов из трюмов и погрузке их в железнодорожные вагоны, при железнодорожных и автомобильных перевозках и дозревании в пунктах потребления.

 Не стану утомлять читателя описанием предпродажной подготовки товара – пожалею газетное место, лучше посмотрим фото. А про причину странного соотношения цен на бананы и крымские яблоки подумаем на досуге.

Лично я ответа на этот вопрос так и не нашёл.

Просмотров: 914





Новости по теме

Читайте также